Полнолуние с ментолом

(рассказ)

Глава 2

В метро было много народу. Со всех боков толкали, неприятно касаясь меня мокрыми зонтами и одеждой, бросали на меня недовольные, раздраженные взгляды. Я отвечал им тем же.

На работе тоже ходил целый день мрачный. Начальник вызвал на ковер и влепил взбучку. Он, как все начальники, был самодур и, конечно же, не прав, моей вины в тех просчетах не было. Но ведь всегда нужен крайний, который за всё ответит. И сегодня он выбрал меня.

Выходя от него, встретил в коридоре Тамару из отдела продаж. Эта подруга никогда мимо не пройдет, чтобы не зацепить.

‒ Ты чего? Босс обидел?

Я молча махнул рукой – не хотелось ни с кем заводить разговор, тем более с Томкой.

‒ Да плюнь ты, подумаешь, ‒ Томка заискивающе посмотрела мне в глаза. Вот еще одна ее отличительная черта ‒ всех утешать, даже если ее об этом и не просили.

Я уже повернулся к ней в полуоборота, собираясь проследовать дальше, но она ухватила меня за рукав:

‒ Сегодня день такой, что ж ты хочешь?

‒ Какой день? ‒ спросил я машинально, незаметно забирая у нее свою руку.

‒ Полнолуние, ты что, не знаешь? Да еще особенное какое-то. Такое только раз в сто лет случается. Ну, как-то там они расположились, эти светила, в один ряд, что ли.

‒ Ну и что, я то здесь при чем? ‒ волна раздражения, зародившаяся в недрах директорского кабинета, готова была пролиться теперь на кого угодно, да хоть и на Томку.

‒ А при том, разгул нечистой силы. Всякие чудеса случаются. Булгакова помнишь?

Но я ее уже не слушал. Другие мысли роились у меня в голове.

Пообедать решил в кафешке напротив. Столовка в нашем корпусе мне порядком надоела. Хоть в ней и дешевле, но готовят одно и тоже, да и не особенно вкусно. К тому же в нашем отделе обед начинается позже других. Приходим в столовую самые последние, а там уже половина ассортимента съедена, а то, что еще задержалось на раздаче, холодное, застоявшееся, невкусное.

Пока переходил улицу по направлению к кафе, по голой шее, словно ножом прошелся студеный ветер и я вспомнил, что забыл у Вовки свой любимый шарф. Вспомнил девушку с леденцами, ее продрогшую фигурку в легкой курточке и счастливо распахнутые глаза.

После работы решил было поехать к Вовке шарф забрать. Заодно и посмотреть, стоит ли она еще там или уже насквозь продрогла и ушла. Но потом передумал. Что у меня другого шарфа, что ли, не найдется? А она, конечно же, ушла ‒ это несомненно. Продала своих петушков и свалила.

От этих мыслей мне перехотелось тащиться через весь город под дождем, который так и не перестал, мало того, к вечеру припустился пуще прежнего, решив, очевидно, за один раз исчерпать все свои мокрые ресурсы. Даже ветер не смог с ним состязаться в продолжительности и вскоре утих, а наглец-дождь все шел и шел всю ночь напролет, мелодично барабаня по оконному стеклу до рассвета.

И только утреннему солнцу удалось с ним справиться. Первыми же предрассветными лучами уложив противника на обе лопатки, оно с усердием принялось стирать с лица земли его мокрые следы.

Так я думал, собираясь на следующий день утром на работу. И с чего это меня на романтику потянуло? Сам не знаю.

Через полчаса я уже ехал по просыпающимся улицам, причем трезвый, без головной боли и на коне. На четырехколесной животине куда комфортнее добираться до офиса, чем пешком, но пробки донимают безбожно. Первая же из них накрыла меня волной раздражения и на следующем перекрестке было принято решение поехать в объезд. Ничего, что там дорога плохая, вся щербатая, в колдобинах, зато пробок в той части гораздо меньше.

И тут я вспомнил вчерашнюю странную девушку с леденцами. Ведь эта дорога вела как раз мимо той станции метро, где я видел ее накануне. Захотелось посмотреть, стоит ли она сегодня. Тем более, раз уж я все равно попёрся в объезд.

Да, она стояла на прежнем месте, в той же простенькой курточке, которая, тем не менее, смотрелась на ней как-то удивительно ладно, не хуже чем модные европейские бренды на какой-нибудь расфуфыренной модельке. Солнце окружало ее фигурку предрассветными ласками и волосы, сегодня сухие и шелковистые, светились в его лучах начищенной бронзой.

Я притормозил на противоположной стороне.

"А она хорошенькая, очень даже ничего", — подумал я и впервые за последнее время улыбнулся, почувствовав прилив теплоты, исходивший от нее и от пробуждающегося нового дня.

Девушка только что продала толстой тетке с двумя детьми несколько разноцветных петушков и теперь наклонилась, чтобы достать из сумки новых.

Я постоял еще с минуту, наблюдая за ней, а затем, по-джентльменски пропустив вперед нервно сигналившую мне наглую дамочку, поехал на работу, твердо решив вечером тоже купить леденцов и… познакомиться.

Предыдущая страница:
Следующая страница: