Глава 25 (2)

* * *

Кирилл вернулся вечером и не узнал Ксюшу. Она была грустная, но уже не плакала, и не лежала, уткнувшись в подушку, а сидела на кухне и помогала Маргарите Кирилловне лепить пельмени.

– Кирилл, смотри, мы твоих пельменей любимых налепили. Если бы не Ксюша, я бы так долго возилась, а вдвоем мы очень быстро управились. Смотри, какие у Ксюши красивые получились, маленькие, кругленькие и вкусные.

– Да, сейчас попробую, думаю, что очень вкусные пельмени, спасибо Ксюша. И тебе, мама, спасибо. – Он многозначительно посмотрел на мать и она догадалась, за что он ее благодарит.

В десять Кирилл уложил Ксюшу спать, которая привыкла засыпать в такое время и ее головка к этому часу уже сама начинала клониться, глазки закрывались, взгляд становился рассеянным, а движения вялыми и он решил не нарушать правила, установленного родителями и к этому часу она уже была в постели.

Когда девочка заснула, Кирилл, погасив за собой свет (Ксюша, как и сестра, боялась засыпать в темноте), тихо прошел на кухню. Мать пила чай и читала перед сном. У нее была привычка сидеть допоздна на кухне еще с той поры, когда дети были маленькие, а комнат у них всего две, особо не развернешься, и пока они засыпали, она обитала там – это была ее территория – читала, попутно пила чай, что-то зашивала или вязала, или просто смотрела телевизор, прикрутив на минимум громкость.

– Мам, ты что, в церковь с ней ходила?

– А что здесь такого? Если ты атеист, это еще не значит, что Бога нет. Что, разве лучше, чтобы она лежала на кровати и целый день плакала, уткнувшись в подушку. А так, мы с ней прошлись пешком по улице, подышали свежим воздухом, разговаривали. Я ей о тебе рассказывала, какой ты был маленький, смешной, о твоих проказах и подвигах. Она даже улыбалась. А потом мы в церкви заказали панихиду по усопшим. Батюшка так степенно и торжественно отслужил молитву, хор очень красиво и душевно подпевал ему. Все было величественно, важно, возвышенно. Свечки поставили. Вот это и есть лечение души, а не те лекарства, которыми ты ее пичкаешь, только печень ребенку гробишь. Она поверила, что родители на небесах и оттуда смотрят на нее и радуются за нее и помнят о ней, что они не просто умерли, а ушли в лучший мир, где им сейчас хорошо.

– Ну да, "в поля, богатые дичью".

– Не смейся Кирилл. Если ей так легче думать, то пусть так и будет. Не лезь со своим атеизмом. Он, как никудышный друг, хорош только в радости и благополучии, а в горе не помощник…

* * *

А еще через день мать настояла, чтобы Ксюша пошла в школу. Там, в коллективе, среди учителей и сверстников, ей будет проще отвлечься от разрывавшего сердце горя. Сказала, что пойдет и поговорит с учителями, объяснит ситуацию, хотя они и сами, наверное, все прекрасно понимают. Не надо сочувствий и жалости. К Ксюше лучше сейчас относится как к любому другому нормальному человеку, а не как к инвалиду, потерявшему всё. Но, конечно, не стоит пока оставлять девочку без присмотра. Кирилл мог бы отвозить ее с утра, а она будет встречать после школы.

– Ксюше нужно постепенно стряхивать с себя тоску и хандру, и начинать жить, а мы будем рядом и ей поможем, – заключила Маргарита Кирилловна.

Доводы были убедительными и Кирилл согласился.

* * *

По утрам он отвозил Ксюшу в школу и сдавал на руки учителям. Все знали о случившемся и относились к ней с большой заботой и вниманием. Познакомился со всеми учителями. Просил их не спускать с нее глаз, ведь у девочки такое горе: за такой короткий отрезок времени она стала круглой сиротой. Обратился к школьному психологу с просьбой помочь пережить несчастье.

Маргарита Кирилловна, как и обещала, приходила за Ксюшей после школы и забирала ее домой. По дороге они шли пешком, разговаривали. Их дом находился далеко от школы, на расстоянии четырех остановок, но мать Кирилла все равно предпочитала пешие прогулки.

– Тетя Рита, а я сегодня совсем не плакала, целый день.

– Молодец, ты умница. А что получила?

– Меня не вызывали. Я ведь много пропустила. Мне только дали параграфы, которые нужно выучить. И завтра будут по ним спрашивать.

– Значит придется догонять. Хочешь, я тебе помогу делать уроки?

– Да нет, я сама. Что же, я маленькая, что ли?

– Ну хорошо. Давай по дороге в магазин зайдем, купим что-нибудь из еды. Что мы с тобой на ужин приготовим?

– А что Кирилл любит?

– Например, гречневую кашу.

– Тогда гречку с сосисками и салат. – Ксюша представила, как ставит все эти блюда перед Кириллом и как он ее благодарит и хвалит, что всё очень вкусно приготовлено.

– Договорились. А ты, Ксюша, гречневую кашу умеешь варить?

– Нет, – честно призналась девочка.

– Значит, будем учиться.

Предыдущая страница:
Следующая страница: