Глава 5 (1)

Плазма на стене разразилась приветственной речью президента, часы терпеливо отстукивали последние минуты уходящего года, шампанское, любезно разрешенное Кириллом, уже приняло низкий старт на выходе из горлышек бутылок. Он убедил Наталью Павловну, что если не разрешить спиртное в лице шампанского, все равно напьются, только тайно и в неконтролируемых количествах. А так все будет под присмотром. Студенты тоже поддержали идею с шампанским, у них был спортивный режим, завтра их ждал поход в заснеженную горную даль, вернее, высь, так что пьянство с храпом в салате категорически исключалось.

Наталья Павловна наблюдала, как искрящийся напиток норовил умчаться из бокалов.

Обе пары – Кирилл с Ксюшей и Миша с Лерой – сидели за столом вместе. Наталья Павловна делила соседний столик с тремя девочками. Магнитофон изо всех сил старался угодить танцующим. Услышав медленную мелодию, Кирилл встал из-за стола и протянул руку:

– Ксюша, можно тебя пригласить?

Она вскинула на него глаза, полные восторга и нерешительности, и даже оглянулась точно так же, как когда-то в лагере, будто по близости могла находиться еще одна Ксюша и, улыбнувшись милыми несимметричными ямочками, поднялась ему навстречу.

Она так же как и тогда, только уже намеренно, потянулась руками к его плечам, а он обхватил ее за талию, потом взяв ее кисти и, поцеловав в ладошки, приладил их пониже на уровне груди и шутливо произнес:

– Не тянись так, ручки устанут и ты не захочешь больше со мной танцевать.

Ксюша засмеялась.

– Кирилл, ты разве помнишь? Точно, как в лагере?

– Конечно помню. Я все помню.

Они танцевали одни посредине зала и на них смотрели несколько десятков глаз. Во все глаза смотрела и Наталья Павловна. Только теперь Кирилл не боялся, что кто-то неправильно расценит его волнение и неверно истолкует его интерес к этой девочке. Сейчас она принадлежит ему целиком и полностью и ему некого бояться, никто не отберет ее у него. А Ксюша таяла в его горячих ладонях, нежно обнимавших точно так же, как тогда в лагере, и льнула к нему, ощущая теплоту его тела. И ей вдруг показалось, что сейчас лето и что это ее первый танец с ним. И среди зимних снежных гор заплескалось вдруг теплое южное море и зарождающееся новое, непонятное, всепоглощающее чувство к незнакомому мужчине…

Потом стали выходить и другие ребята, окрыленные их примером.

– Кирилл Андреевич, мне кажется, будто это дискотека в лагере, и Вы меня первый раз пригласили на танец, и мои родители живы, и мы не живем вместе в одной квартире и еще ни разу не целовались и… и… Ой, я сейчас заплачу.

– Не надо, Вишенка, радость моя. Мы ведь мечтали никогда не разлучаться. Видишь, мечты сбываются. Помнишь, как ты не хотела уезжать, просилась остаться со мной?

– Помню.

– Вот теперь ты со мной. Ты об этом не жалеешь?

– Что ты, Кирилл! Я так счастлива!

Кирилл нагнулся и нежно поцеловал ее, не глядя на кружившиеся вокруг пары. Правда, на них мало кто обращал внимания, все танцевали и развлекались, как кому нравиться. Этот эпизод не прошел незамеченным, пожалуй, только для Натальи Павловны, в силу своего собственного интереса наблюдавшей за Кириллом и его воспитанницей.

Когда танец закончился и они вернулись к своему столику, Леры с Мишей не было, они тоже танцевали где-то поодаль.

На следующий медленный танец Кирилл о чем-то задумавшись, умышленно или случайно, но приглашать Ксюшу не стал и через несколько мгновений к ней, смущаясь, подошел Дима:

– Кирилл Андреевич, Вы позволите мне Ксюшу пригласить, – весь заливаясь краской, заикаясь и смущаясь, но стараясь держаться джентльменом произнес он.

– Конечно, Дима, если Ксюша не против, я не стану возражать.

– Ксюша, давай потанцуем, – уже осмелев и сияя от счастья, обратился к ней Дима.

Ксюша скосила глаза на Кирилла, спрашивая у него разрешения, но Кирилл взглядом и кивком головы подтвердил то, что ранее озвучил и она ушла танцевать с мальчиком.

У Кирилла приятно защемило сердце. До боли знакомая картина напомнила ему лето и его ревность тогда и терзания и неизвестность впереди. Нахлынули воспоминания о лагере и том мальчике Романе, его далеком сопернике. Как это было давно и как смешны были его тогдашние страхи в свете сегодняшних событий и зигзагов судьбы. Тогда он даже представить себе не мог такого развития сюжета.

Погрузившись в пучину воспоминаний, Кирилл спохватился лишь когда заметил, что Дима приглашает его Ксюшу снова и снова, вернее, на радостях, не отпускает от себя вовсе, танцуя с нею уже который танец подряд.

"Ну что ж, ладно. Пусть будет так. Теперь-то мне нечего волноваться. И ей тоже нужно позволять невинные развлечения и легкий флирт. Если леску держать в натяжку, она лопнет и рыбка уплывет к другому рыбаку, а если позволить катушке свободно раскручиваться, рыбка все время будет на крючке. Это любой рыболов знает, как дважды два. Да и мне передышка не помешает."

 Кирилл поднялся и подошел к соседнему столику.

– Наталья Павловна, позвольте Вас пригласить? – подавая руку и улыбаясь не допускающей возражения улыбкой Кирилл повел ее в круг, стараясь держаться подальше от Ксюши и ее кавалера.

– Вы очень нежно танцевали с Ксенией, – сказала она, намекая, что видела и объятья и поцелуй.

– Вспомнили с ней летний лагерь, когда еще были едва знакомы, – Кирилл сам себе усмехнулся, повисая на грани этих воспоминаний. – Вот ведь как бывает. Даже не вериться. Кажется, что это было так давно…

– Знаете, Кирилл Андреевич, Ксюша очень изменилась после лета. Это все заметили: и учителя, и дети. Раньше была совсем другой.

– И в какую сторону?

– Не очень то уже и молодой. Да и потом, я с ней вроде строго стараюсь себя вести, чтобы не разбаловать.

– В любом случае, у Вас хорошо получается.

Предыдущая страница:
Следующая страница: