Глава 16

Последние дни Кирилл перестал узнавать свою милую девочку. Ее как будто подменили. Она вела себя рассеянно, взгляд беспомощно и бесцельно блуждал из стороны в сторону. Уроки теперь учила кое-как и сильно раздражалась, когда Кирилл пытался сделать ей замечание. Несколько раз делал попытки поговорить с ней, но все заканчивалось слезами, а то и настоящей истерикой.

Спокойные и доброжелательные отношения как-то сами собой переросли в нервозность, с которой Ксюша теперь отвечала ему или впадала в бесконечную печаль.

Однажды Кириллу все-таки удалось залучить ее для серьезного разговора.

– Ксюша, давай поговорим. Что с тобой происходить?

Ксюша насупилась, закусила губу и не знала, что ответить.

– Ну, иди сюда, – усевшись на диван, он притянул ее, поставив между коленями и крепко ухватил руками за талию, – иди, моя прелесть, ко мне. Скажи, это все из-за Антона? Тебе нравиться Антон?

Ксюша молчала, потупив глаза.

– Ну скажи мне, чего ты боишься.

– Не могу сказать.

– Почему?

– Кирилл, не сердись на меня. Я ничего не могу с этим поделать. Я пробовала.

– Он тебе нравиться, да?

– Мгу, – она припала к его плечу. – Ты отдашь меня в детский дом? – недоверчиво и испуганно глянула из-под опущенных век Ксюша.

– Нет, конечно, нет! Я же тебе обещал. И обещание свое сдержу, чего бы мне этого не стоило. Хотя мне очень больно это осознавать.

– Что именно?

– Что тебе нравится еще кто-то, кроме меня, то есть, вместо меня.

– Кирилл, ты мне тоже нравишься, я тебя тоже люблю, но как-то по-другому, не так, понимаешь?

– Тоже?! И на том спасибо, что хоть тоже. А ведь могло быть и хуже.

– Нет, нет, Кирилл, ну я неправильно выразилась. Ты же знаешь, что я тебя очень люблю, больше жизни люблю. Я без тебя жить не могу, это правда, поверь. Но и о нем почему-то все время думается. Ничего не в состоянии с этими мыслями поделать. Я их прогоняю, а они возвращаются и наваливаются с еще большей силой.

Ксюша села к нему на колени и ткнулась холодным носом в щетинистую щеку.

– Кирилл, запрети мне. Запрети, я не хочу, чтобы он мне нравился. Пожалуйста.

– Успокойся, Ксюша. Я тебе могу запретить, только это ни к чему не приведет. Ты же знаешь, что "запретный плод сладок".

– Кирилл, я тебя люблю. Я хочу быть с тобой, а он лезет в голову и я не могу с этим справиться. Я пытаюсь заставить себя не думать о нем, а оно само думается. Кирилл, помоги мне. Посоветуй, ведь ты же опытный, ты все знаешь.

– Да и посоветовать-то мне не тяжело. Советовать легко, следовать советам сложно. Так что тебе придется справляться с этой проблемой самой.

– Я не знаю, что мне делать?

– Ничего не делать. Пусть все идет своим чередом и время покажет и подскажет с кем тебе лучше. Со временем ты поймешь, что тебе нужно. Тут я бессилен. Это же твои чувства и только ты можешь в них разобраться. Я прекрасно понимаю, что нельзя запретить любить так же, как нельзя и заставить. Тут никакие угрозы или уговоры не помогут.

– Кирилл, меня Антон пригласил на свидание сегодня вечером, – тихо прошептала Ксюша и виновато опустила глаза.

– А ты хочешь пойти?

Она молча закивала головой и закрыла лицо руками.

– Иди.

– Нет, нет, Кирилл, ты меня не отпускай к нему, ладно? Силой удержи, пожалуйста. Я не хочу к нему идти, не хочу, понимаешь?

– Ксюша, у тебя истерика. Ты сама не знаешь, что хочешь. Успокойся.

– Ты на меня будешь сердиться, Кирилл, да?

– И что это даст? Вот я на тебя посержусь немножко и ты его забудешь? И будешь любить только меня? Я готов посердиться, если это поможет.

Кирилл легким жестом попытался поднять ее с колен, но она не вставала, обвивая его шею руками и еще крепче прилипая к нему.

– Иди к своему кавалеру, иди. Только имей ввиду – никакого интима, слышала? Вот за это я спрошу с тебя строго. Без шуток. Я проверю. Ксюша, запомни, я действительно откажусь от тебя, если это случиться. Голова должна оставаться на плечах.

Кирилл перевел дыхание и строго посмотрел на нее, проверяя достаточно ли внимательно она слушает и осознает услышанное.

– Ты пойми, что вот тогда я точно вынужден буду отдать тебя в интернат, тем более, что тебе уже будет все равно, подумаешь, одним партнером больше, одним меньше, а я не хочу в тюрьму. Я живу с тобой и несу за тебя ответственность и вся вина за твою распущенность падет на меня. Твой Антон, кстати, тоже несовершеннолетний, какой с него спрос. Пострадаю я. Если ты хочешь таким образом отблагодарить меня, то давай, вперед, детка! Я в тюрьму, ты в интернат. Уверяю тебя, Антон быстро утешится и найдет тебе замену.

– Кирилл, извини меня… – прошептала Ксюша чуть не плача.

– Ладно. Ты же не виновата, что влюбилась. Иди, иди. Вы ведь договорились встретиться? Он ждет.

– Но ты же будешь обижаться, я так не хочу.

– Обижаться – это детский сад, я уже перерос эту стадию. Ксюша, иди. Мне сейчас не до твоих слез и не хочется тебя успокаивать.

Кириллу вдруг пришла в голову мысль, что стоит ему чуть-чуть поднажать, настоять на своем, запретить ей, она, пожалуй, останется и никуда не пойдет, и внешне даже начнет кивать и поддакивать, с радостью соглашаясь на его доводы. "А внутри, в глубине души, будет думать о нем и я в ее глазах вырасту в жестокого тирана и деспота. Но если она пойдет к нему, то совесть (а у Ксюши она имеется, это я знаю наверняка), так вот, совесть не оставит ее в покое и станет нашептывать, что она неблагодарная девчонка, что поступила со мной плохо. И находясь с ним, птенчик мой будет думать обо мне. Неплохая мысль, жаль что не моя. Кто-то из умников меня опередил. Где-то я нечто подобное читал, просто не было повода проверить это. И вот сейчас как раз такой случай."

Предыдущая страница:
Следующая страница: